Fr Fr

Глава 1. Внешняя политика - Оборона

Макиенко Константин Макиенко Константин
11 Ноября 2017

"Россия на мировом рынке вооружений в 2016 г."

Прошедший 2016 г. стал не самым удачным, но и не самым провальным для российских экспортеров вооружений. По официальным данным стоимость поставок вооружений составила 15 млрд долларов (1), т.е. незначительно выросла по сравнению с 2015 г., когда этот показатель был на уровне 14,5 млрд долларов (2). Однако это меньше рекордного значения 2013 г. (15,7 млрд долларов (3). В целом с 2012 г. объем поставок колеблется между 14,5 и 15,7 млрд долларов. Таким образом, после бурного роста в нулевые годы в последние пять лет имела место стабилизация объема поставок или, в зависимости от точки зрения, ее стагнация.
Что касается подписания новых контрактов, то после рекордного 2015 г., когда были заключены соглашения на 26 млрд долларов (4), произошло резкое снижение этого показателя до 9,5 млрд долларов (5) – самого низкого значения с 2011 г. Новая контрактация оказалась на 5,5 млрд долларов ниже официально заявленной стоимости поставок, что привело к снижению портфеля контрактных обязательств с 56 млрд на конец 2015 г. до 50 млрд долларов годом позже. Напомним, что большой объем новых контрактов в 2015 г. вероятнее всего был связан с подписанием крупных соглашений с Египтом, который заказал предположительно 46 истребителей МиГ-29М/М2. Хотя спикер РСК «МиГ» по таинственной причине отрицала наличие такого контракта (6), другие топ-менеджеры компании подтвердили его существование (7). Кроме того, Египет заказал 46 боевых вертолетов Ка-52 «Аллигатор» (8). Однако большая контрактация 2015 г. пока не привела к ощутимому росту объема поставок, поскольку отгрузка имущества по египетским заказам еще не началась. Вероятнее всего, передача первых истребителей и вертолетов в эту страну начнется в 2017 г.
В 2016 г. не получило эмпирического подтверждения широко распространенное мнение о том, что практическое применение российских вооружений в боевых условиях в ходе сирийской кампании увеличит на него спрос со стороны иностранных заказчиков. Длительность переговорных процессов такова, что пока сторонний наблюдатель не может проследить результат действия сирийского фактора в виде подписания конкретных контрактов. Однако можно надеяться, что сирийский эффект проявится позднее. Теоретически основным бенефициаром участия в боевых действиях должен стать фронтовой бомбардировщик Су-34. Опыт, приобретенный ВКС РФ в Сирии, позволил также резко повысить совершенство авиационных средств поражения.

Неблагоприятный внешний фон

Стагнация экспорта вооружений имеет несколько причин. Основными из них являются низкие мировые цены на углеводороды, диверсификация импорта вооружений Индией, действие эмбарго Совета Безопасности ООН на поставки вооружений в Иран (кроме систем ПВО), а также общее уплотнение конкурентной среды на рынке вооружений, обусловленное появлением новых весьма динамичных экспортеров, прежде всего Южной Кореи.

Падение цен на энергоносители серьезно ограничило возможности ряда нефтедобывающих стран, активно приобретающих российские вооружения. Венесуэла, которая в 2006–2012 гг. закупила российской продукции военного назначения на сумму 11,4 млрд долларов и которая в отдельные годы занимала третью-четвертую позицию в списке импортеров отечественных вооружений, переживает тяжелый политический и экономический кризис. Боливарианский политический проект находится на грани краха. Коллапс венесуэльской экономики, ставший следствием падения цен на нефть и закономерным результатом неподражаемой экономической политики левого режима, делает закупки Каракасом новых больших партий российских вооружений маловероятными.

Возможности ряда других крупных покупателей российских вооружений, чья экономика зависит от экспорта нефти и газа, также сократились. Наиболее важными среди таких стран являются Алжир, Ирак (второе место по поставкам российских вооружений и военной техники (ВВТ) в 2014 г.), Азербайджан и, в меньшей степени, Казахстан. В течение 2016 г. фиксировались случаи задержек платежей за поставки российских вооружений со стороны таких нефтезависимых покупателей, как Азербайджан (9) и Иран (10).

Парадоксальным образом снижение цен на энергоносители отрицательно повлияло также на позиции России на рынках импортеров углеводородов. Например, быстрый экономический рост Индии, одним из драйверов которого стали как раз низкие цены на нефть, укрепляет склонность индийских военных к закупкам более дорогих, нежели российские, западных систем вооружений. В меньшей степени это относится и к Вьетнаму, где в последнее время также усиливается интерес к израильскому, европейскому и даже американскому вооружению.

Кроме того, Индия последовательно реализует политику диверсификации источников оборонного импорта. После резкой активизации в нулевые годы индийско-американских военно-технических связей казалось, что на этом рынке уже присутствуют все крупнейшие экспортеры ВВТ, кроме Китая. Но в самое последнее время на этот крупнейший (или второй в мире после саудовского) оборонный рынок в мире нацелилась Япония, которая постепенно смягчает самоограничения на экспорт своих вооружений и сумела продать Дели самолеты-амфибии. Крупного успеха добился также новичок в клубе крупных экспортеров ВВТ Южная Корея, подписавшая сенсационный контракт на поставку индийской армии большой партии самоходных артиллерийских установок. Да и в целом парализующие бюрократические процедуры, гротескная тендерная практика, кошмарные и нереалистичные офсетные требования, популистская кампания Make in India – все это совокупности делают в Индии работу любого экспортера оборонной продукции весьма непростой.

По мере роста ресурсных возможностей все чаще обращается к нероссийским источникам вооружений и такой традиционный и в последнее десятилетие весьма важный покупатель, как Вьетнам. Помимо вездесущих израильтян здесь наращивают свою активность европейцы, азиатские военно-промышленные тигры Южная Корея и Сингапур, интенсифицируются контакты даже с давним врагом США. Ясно, что в будущем российское доминирование на этом рынке сохранить будет крайне сложно.

В целом можно констатировать, что на рынках 5–6 наиболее крупных российских клиентов, а именно в Индии, Алжире, Венесуэле, Вьетнаме, Иране, положение для российских экспортеров в последние годы значительно осложнилось.

Отличительные особенности 2016 г.

Индийская пауза

Характерной чертой последних двух лет является необычно низкий уровень сотрудничества с крупнейшим в последнее десятилетие российским клиентом – Индией. В 2016 г. на Индию пришлось всего 16% общего портфеля контрактных обязательств российских экспортеров вооружений (11). В частности, крупнейший из этих экспортеров, АО «Рособоронэкспорт», имел на конец 2016 г. обязательства на сумму 4,6 млрд долларов (12), при этом заключив за прошлый год новых контрактов на 2 млрд долларов (13).

Эти цифры свидетельствуют о том, что в 2016 г. объем сотрудничества с Индией ситуативно находился на относительно невысоком уровне. Еще в 2013–2014 гг. годовая стоимость поставок в Индию достигала 4,7–4,8 млрд долларов, что составляло 28–30% российского экспорта (14). Сравнивать стоимость поставок и стоимость заключенных контрактов не совсем корректно, но косвенно это сравнение говорит о том, что 2015-й и 2016 гг. были не самыми плодотворными для российско-индийских военно-технических связей.

Помимо развития процесса диверсификации источников импорта вооружений, на индийском рынке наблюдается тенденция к сдвигу спроса в более высокую ценовую нишу. Этот феномен проявился, в частности, в закупках астрономически дорогих американских военно-транспортных и патрульных самолетов (стоимостью от 150 до 400 млн долларов за единицу) и в приобретении недешевого французского истребителя Rafale, цена которого составляет от 91 до 94 млн евро за самолет. Для сравнения укажем, что построенный корпорацией Hindustan Aeronautics Limited (HAL) (также далеко не самым дешевым производителем) истребитель Су-30МКИ обходится ВВС Индии в 55 млн долларов. Развитие склонности к закупкам высокотехнологичных, но очень дорогих западных систем стало следствием головокружения от успехов, возникшего у индийской военно-политической элиты на волне экономических успехов и иллюзорных фантазий о незаменимости Индии для США в нарастающей американо-китайской конкуренции. Однако в условиях объективно сохраняющихся ресурсных ограничений такая политика ведет к срыву программ модернизации вооруженных сил. Например, из-за слишком высокой цены истребителей Rafale ВВС Индии пока вынуждены ограничиться прямой закупкой 36 таких машин вместо первоначально планировавшегося по программе MMRCA приобретения и производства 126 средних истребителей (15).

Есть, впрочем, обоснованная надежда, что пауза 2014–2016 гг. останется локальной флуктуацией в истории российско-индийского военно-технического сотрудничества (ВТС). В 2018 г. (а может быть, и уже в текущем году) ситуация начнет приходить к норме, которая заключается в том, что доля Индии в общем портфеле должна составлять от 25% до 30%.

В октябре 2016 г. во время визита В. Путина в Индию было подписано несколько межправительственных соглашений по ряду крупных проектов – поставок ЗРС С-400, четырех фрегатов проекта 11356 типа Talwar и организации лицензионного производства в Индии легких вертолетов Ка-226Т. Все эти проекты сейчас находятся на стадии коммерческих переговоров, и общая стоимость контрактов, когда и если они будут подписаны, составит предположительно 10–11 млрд долларов. Подписание межправительственных соглашений по С-400, фрегатам проекта 11356 и вертолетам Ка-226Т в принципе можно считать главным событием 2016 г. в области ВТС России с зарубежными государствами.

Кроме того, в настоящее время ведутся переговоры относительно поставки еще одной партии вертолетов Ми-17В-5 (48 единиц) и 464 основных танков Т-90С, стоимость этих контрактов может достичь 3,5 млрд долларов. Наконец, по заявлению главы корпорации HAL Суварна Раджу, в ближайшие три месяца должен быть подписан контракт на проведение глубокой модернизации индийского парка истребителей Су-30МКИ. Стоимость этой программы составит 7–8 млрд долларов, значительную часть этой суммы получат российские радаристы, двигателисты и производители бортового оборудования. Таким образом, существует реальная перспектива подписания новых контрактов на сумму до 20 млрд долларов, что вернет Индии позицию крупнейшего партнера России по военно-техническому сотрудничеству.

Китайский всплеск

В 2016 г. сотрудничество с КНР, напротив, резко активизировалось. До 2006 г. Китай был крупнейшим получателем российских вооружений, однако в 2007 г. уступил эту позицию Индии. Примерно до 2013 г. российско-китайское ВТС находилось на очень низком уровне, но затем объемы закупок стали постепенно нарастать. Сначала они ограничивались главным образом авиационными двигателями и транспортно-десантными вертолетами. Однако в 2015 г. Пекин возобновил приобретение финальных систем оружия и боевых платформ. В результате в 2016 г. портфель заказов КНР составил 8 млрд долларов (16).

Резкое увеличение объема китайских заказов обеспечено за счет контрактов на поставку 24 новейших истребителей Су-35, зенитных ракетных систем С-400 и авиационных двигателей семейства АЛ-31Ф (для китайских копий Су-30 и легких истребителей J-10) и Д-30КП-2 (для моторизации ракетоносцев H-6K и военно-транспортных самолетов Ил-76 и Y-20). Интересно заметить, что если в секторе систем ПВО КНР уже становилась однажды стартовым заказчиком новейшей на тот момент ЗРС С-300ПМУ-2, и в этом отношении заказ на С-400 неудивителен, то в секторе авиационных платформ Китай до сих пор ограничивался закупками не самых высокотехнологичных из российских предложений. С приобретением Су-35 создан прецедент контрактации именно самого современного российского истребителя, доступного иностранным заказчикам. С получением этих машин ВВС КНР впервые получат технологическое превосходство над имеющимися в составе ВВС Индии истребителями Су-30МКИ.

В целом продажа таких ультрасовременных российских систем, как С-400 и Су-35, свидетельствует об изменении ранее весьма сдержанного подхода Москвы к проблеме передачи в КНР новейших оборонных технологий. Само собой, напрашивается гипотеза, что причиной такого изменения стало ухудшение отношений с Западом и, прежде всего, с США. Активизация сотрудничества с КНР может быть также сигналом Индии, что ее переориентация на закупки западных вооружений не останется без последствий.

Рост «некоммерческого» экспорта

Отличительной особенностью 2016 г. стал также высокий уровень «некоммерческих» поставок, которые выполнялись не с целью получения коммерческой прибыли, а прежде всего для достижения политических или военно-политических целей России. В принципе в постсоветской России при осуществлении военно-технического сотрудничества с зарубежными государствами всегда доминировала коммерческая мотивация, однако особая внешнеполитическая ситуация последних нескольких лет обусловила появление также значительной военно-политической составляющей в экспорте вооружений.

Основными реципиентами политически обусловленных поставок являлись Сирия и государства – члены ОДКБ. Дамаску передавались большие партии продукции военного назначения из наличного состава Министерства обороны, а государства ОДКБ получали технику по льготным ценам. Из наличия или из запасов Минобороны РФ в Сирию были поставлены не менее 10 модернизированных бомбардировщиков Су-24М2, танки Т-90А, легкое и стрелковое оружие и боеприпасы, а в Никарагуа – 50 танков Т-72Б1. При этом не все поставки из наличия являются некоммерческими. Например, с высокой степенью вероятности можно предполагать, что переданные в экстренном порядке в Ирак штурмовики Су-25 (4 единицы) или отгруженные в Уганду несколько десятков (до 60 единиц) танков Т-72Б были поставлены на вполне коммерческой основе.

Основными льготными получателями вооружений в ОДКБ традиционно являются Белоруссия, Казахстан и Армения. В 2016 г. в Белоруссию поставлялись системы ПВО, учебно-тренировочные самолеты Як-130, БТР и транспортно-десантные вертолеты Ми-17В-5. Казахстан получил два истребителя нового производства Су-30СМ в дополнение к четырем таким машинам, переданным в 2015 г. В Армению поставлен оперативно-тактический ракетный комплекс «Искандер». Обращает на себя внимание, что все три государства получили весьма современные системы вооружений, а Армения вообще стала первым зарубежным обладателем ОТРК «Искандер».

Географическая и номенклатурная структура экспорта

Особенностью двух последних лет стала относительно невысокая доля стран Азиатско-Тихоокеанского региона в общем объеме контрактных обязательств российских экспортеров вооружений. Она составила 40–45%, что для такого большого макрорегиона, где находятся три крупнейших партнера России – Индия, Китай и Вьетнам, – аномально мало, обычно эта доля превышала 60–65%. Отчасти это связано с уже указанным ситуативным снижением интенсивности сотрудничества с Индией. Но главная причина заключается в росте портфеля заказов государств Северной Африки. В целом портфель заказов африканских стран составил 21 млрд долларов (17), причем на государства Тропической Африки приходится всего 1 млрд долларов. Соответственно, Египет и Алжир обеспечили заказы на 20 млрд долларов, т.е. две эти страны имеют контракты, сопоставимые по объему со всем Азиатско-Тихоокеанским регионом. Доля стран Латинской Америки в портфеле заказов составила 9% (18).

В структуре поставок по видам ВВТ, как обычно, лидирует авиация, на долю которой приходится до 50% стоимости (19). В экспорте боевых самолетов продолжали доминировать тяжелые истребители семейства Су-30/35, всего зарубежным заказчикам было отправлено 18 таких машин. Алжир получил 8 Су-30МКИ(А), Вьетнам – 4 Су-30МК2, КНР – первые 4 Су-35, Казахстан - 2 Су-30СМ. Экспорт МиГ-29 осуществлялся в Индию, которая получила 6 последних палубных МиГ-29К по контракту 2012 г. на 29 таких машин. Кроме того, в Индии продолжалась реализация программы по модернизации парка МиГ-29Б по стандарту МиГ-29UPG. Учебно-тренировочные самолеты Як-130 передавались в Белоруссию (4 единицы), Бангладеш (2 единицы) и Мьянму (3 единицы), т.е. всего на экспорт было поставлено 9 таких самолетов.

Традиционно активно поставлялись на экспорт боевые и транспортно-десантные вертолеты. Поставки новейших Ми-28НЭ осуществлялись в Ирак и Алжир, Ми-35М – в Ирак и Казахстан. Кроме того, производились поставки тяжелых транспортных вертолетов Ми-26Т2, которые передавались в Алжир. География экспорта вертолетов семейства Ми-17, как обычно, отличается большой широтой.

Средства ПВО составили 22% объема поставок. Наиболее крупным событием в этом сегменте, как, впрочем, в целом одним из самых важных событий года в области экспорта вооружений, стала поставка в Иран предположительно 4 дивизионов зенитной ракетной системы С-300ПМУ-2, что позволило закрыть этот многострадальный и политически очень важный контракт. Белоруссия получила один дивизион ЗРК С-300ПС из наличного состава Министерства обороны России, а также один дивизион ЗРК «Тор-М2К» нового производства. В Египет передан предположительно один дивизион мощной зенитной ракетной системы большой дальности С-300ВМ. Возможно, продолжались поставки в Алжир и Ирак ЗРПК «Панцирь-С1», а Бразилия получила партию ПЗРК «Игла-С».

Номенклатура и география поставок техники сухопутных войск (18% стоимости экспорта) отличалась необычной широтой. Из наиболее значимых трансфертов можно отметить поставки основных танков Т-90С в Азербайджан и особенно в Алжир, который, вероятно, получил до 100 единиц этих машин.

В части поставок военно-морских вооружений (10% экспорта) наиболее важным трансфертом стала передача двух последних подводных лодок проекта 06361 во Вьетнам в рамках выполнения контракта 2009 г. на строительство шести таких субмарин. Ранее в эту страну уже были переданы четыре лодки, и в прошлом году выполнение этого контракта, таким образом, было завершено.

Перспектива 2017 г.

В заявлениях официальных лиц относительно экспорта вооружений в 2017 г. пока доминируют консервативные оценки. Объем поставок прогнозируется примерно на уровне 2016 г. С учетом того, что в текущем году начнется отгрузка по большим египетским контрактам, в Китай начнутся поставки ЗРС С-400, а передачи истребителей Су-35 в эту страну увеличатся с 4 до 10 единиц, такие оценки кажутся вполне реалистичными или даже слишком пессимистическими.

Что касается новой контрактации, то высока вероятность подписания хотя бы части контрактов в рамках выполнения межправительственных соглашений с Индией от октября 2016 г. Кроме того, имеются хорошие шансы на финализацию контракта с Индонезией на закупку партии истребителей Су-35, а с Алжиром – на фронтовые бомбардировщики Су-32/34. Сохраняется высокий спрос на российские системы ПВО, что может привести к получению новых заказов на системы С-400 и «Бук-М2». В целом существует ненулевая вероятность возвращения на уровень подписания контрактов в объеме около 15 млрд долларов, что позволит стабилизировать портфель заказов и обеспечить твердую перспективу сохранения поставок на ближайшие три года.

Сноски:

1. Выступление Владимира Путина на заседании комиссии по вопросам военно-технического сотрудничества России с иностранными государствами 22 марта 2017 г.

2. Выступление Владимира Путина на заседании комиссии по военно-техническому сотрудничеству России с иностранными государствами 29 марта 2016 г.

3. Заявление заместителя директора ФСВТС Вячеслава Дзиркална 8 февраля 2014 г., http://tass.ru/politika/947921

4. Выступление Владимира Путина на заседании комиссии по военно-техническому сотрудничеству России с иностранными государствами 29 марта 2016 г.

5. Выступление Владимира Путина на заседании комиссии по вопросам военно-технического сотрудничества России с иностранными государствами 22 марта 2017 г.

6. РСК «МиГ»: Россия не подписывала с Египтом контракт на поставку МиГ-29. Заявление пресс-секретаря РСК «МиГ» Анастасии Кравченко, https://ria.ru/defense_safety/20150821/1199305269.html

7. Корпорация МиГ поставит два истребителя МиГ-29М/М2 в Северную Африку, https://ria.ru/defense_safety/20160205/1370342560.html

8. Россия поставит Египту 46 боевых вертолетов Ка-52 «Аллигатор», http://www.interfax.ru/world/488001

9. Сафронов И., Бутрин Д., Козлов Д., Кузнецова О. В неоплатном Баку // Коммерсантъ. 03.03.2016.

10. Хазбиев А. Ирану нечем платить за С-300 // Эксперт. 11.03.2016, http://expert.ru/2016/03/11/iran-ostalsya-bez-deneg/

11. Заявление заместителя директора ФС ВТС Владимира Дрожжова. Интерфакс-АВН, 14.02.2016.

12. Заявление заместителя Генерального директора ПАО «Рособоронэкспорт» Сергея Гореславского. Интерфакс-АВН, 16.02.2016.

13. Там же.

14. В 2013 году объем поставок составил 4,78 млрд долларов, в 2014 – 4,7 млрд долларов.

15. Подробнее см.: Макиенко К. Недостаток ресурсов при избытке амбиций, Lenta.ru/ https://lenta.ru/articles/2017/02/21/faults/

16. Никольский А. Китай возвращается // Ведомости. 02.11.2016.

17. Фролов А. Итоги военно-технического сотрудничества России с иностранными государствами в 2016 году // Экспорт вооружений. 2016. № 6.

18. Там же.

19. Заявление помощника президента России по военно-техническому сотрудничеству Владимира Кожина. 23 марта 2017 года, http://www.vestifinance.ru/articles/83053/print